Проект модельного «Закона об интернете» обсудила 29 января 2008 г. Комиссия по информационной политике Совета Федерации. Хотя после обсуждения проект был отправлен на доработку, весьма вероятно, что его основные положения все же получат силу закона. В этом случае в истории российского права впервые будет дано толкование понятиям «интернет», «сайт» и «доменное имя».
Сенсации не получилось. Слегка побудоражившие российский сегмент Сети слухи о законе, который закрутит гайки в Рунете, оказались справедливы только отчасти. Проект «Закона об интернете» действительно существует. 29 января 2008 г. его действительно обсуждали в Комиссии Совета Федерации по информационной политике. Однако этот проект закона был всего лишь «модельным» и «определяющим понятия».
Модельным законом называют документ, разработанный для того, чтобы законодатели в разных странах могли утверждать его в качестве местного закона. Или утверждать его в качестве действующего местного закона частично и после доработок. Или не утверждать его в этом качестве вовсе. Нынешний проект модельного закона «Об интернете» разрабатывался по поручению Межпарламентской ассамблеи СНГ. Для участвующих в ней стран он будет носить рекомендательный характер.
«Величайшее изобретение прошлого столетия сейчас стало средством совершения величайших преступлений, — открыла заседание Комиссии по информационной политике ее глава Людмила Нарусова. — Но сегодня сенсаций не будет. Прежде чем создавать репрессивный аппарат, нужно определиться с понятиями».
С понятием «интернет» в законодательстве и в самом деле нехорошо. Законов, трактующих членам юридического сообщества смысл слов «интернет», «сайт» или, например, «спам», не существует ни в России, ни в большинстве стран СНГ (впрочем, в проекте «Закона об интернете» понятие «спам» отсутствует тоже).
Разбирая преступления, имеющие отношение к интернету, правоохранителям приходится руководствоваться обычной правоприменительной практикой. В этой практике показателен случай с интернет-кафе, откуда устроивший резню в столичной синагоге Александр Копцев, выходил в Сеть в поисках антисемитской литературы. Против интернет-кафе было заведено уголовное дело по статье 282 УК РФ (возбуждение национальной и религиозной вражды).
Во избежание возникновения таких коллизий впредь, первая из четырех глав проекта модельного закона целиком посвящена понятийному аппарату. Вторая рассказывает о принципах, на которых государство хочет регулировать интернет, третья — о том, каким образом оно будет этим заниматься.
По словам Людмилы Нарусовой, разработчики проекта «поставили во главу угла права граждан на доступ в интернет, а роль государства вывели на второй план». В самом деле, первыми из этих принципов закон очень либерально называет «беспрепятственный доступ к интернету пользователям» и «недопущение необоснованных ограничений деятельности операторов услуг интернета и осуществляемого посредством интернета обмена информации».
В проекте прописаны и другие интересные коллизии. Кажется, впервые российская юриспруденция точно объяснила, в каких случаях правонарушитель, нарушающий закон в сетях передачи данных, попадает в сферу ее интересов: «Юридически значимые действия, совершенные с использованием интернета, признаются совершенными на территории государства, если действие, порождающее юридические последствия, было совершено лицом во время нахождения на территории этого государства». В переводе с юридического языка на общепонятный это означает, что, если закон заработает всерьез, то нарушитель авторских прав, экстремист или детский порнограф, проживающий в Москве, может не спастись даже в доменной зоне .IN.
В числе заседавших, пожалуй, все были согласны, что авторские права в Сети достойны защиты, а общественно-опасныйинтернет-контент должен быть урегулирован. Однако шансов быть принятым даже в качестве модельного закона у нынешнего проекта немного. Известный интернет-фигурант Антон Носик, выступавший на заседании Комиссии в роли эксперта, напомнил, что с 1999 г. в России ни одна попытка принять закон об интернете успехом не увенчалась, вряд ли удачно закончится и эта. По итогам заседания было решено, что проект будет отправлен разработчикам на уточнение формулировок, которое продлится до марта 2008 г. В это время проект подвергнется публичному обсуждению.
В том, что о первой версии модельного закона общественному мнению стало известно только за два дня до его обсуждения в Совете Федерации, вряд ли есть чей-то недобрый умысел. Как показывает практика общения с аппаратом Комиссии по информационной политике, она знакома с современными информационными технологиями, главным образом, в законотворческом смысле. Когда редакция CNews попросила прислать проект закона на электронную почту для ознакомления, аппарат разъяснил, что не возражает, но сделать этого не может, поскольку документ существует только в бумажном виде. (Со сходной проблемой столкнулся и эксперт Комиссии Носик. В беседе с корреспондентом CNews он поделился, что получил документ всего за четыре дня до обсуждения, причем по факсу).
CNews решил исправить недоработку Комиссии по информационной политике СФ, выложив текст проекта закона в открытый доступ на собственном сервере.
Профессиональные юристы, ознакомившись с текстом закона, комментируют его спокойно: «В общем, не планируется пока ничего репрессивного. Мало того, что модельный закон может быть переработан национальными властями, так и его содержание свидетельствует скорее о попытке понять и разобраться, что такое интернет, как он устроен и как его надо регулировать, — говорит эксперт CNews Analytics Юрий Яхин. — Главное — в проекте специально указано, что вопросы свободы доступа к информации или интеллектуальной собственности в интернете он не затрагивает».
Впрочем, на переходе от модельности к реальности проект закона могут ждать самые разные перипетии, рассказывает Юрий Яхин. «Модельный закон „О праве на доступ к информации“ был принят в 2004 г., а российский законопроект уже несколько лет ходит по разным ведомствам и все никак не принимается. Модельный закон „О международном информационном обмене“ принят в 2002 г., но Россия в 2006 г. от такого закона вообще отказалась».
К середине 2026 года ландшафт корпоративных коммуникаций в России окончательно стабилизировался вокруг решений, обеспечивающих максимальную независимость от внешних факторов и тяжелой сетевой инфраструктуры. В условиях, когда акцент сместился на оптимизацию внутренних ресурсов и импортозамещение программного стека, на первый план вышли инструменты, позволяющие автоматизировать сбор информации от конечных потребителей без использования клиентских приложений.
В индустрии коммерческих беспилотников произошел качественный сдвиг. Если раньше основным критерием выбора были полетные характеристики самого аппарата (грузоподъемность, автономность, оптика), то сегодня аппаратная часть превратилась в «коммодити» — стандартизированный товар. На первый план вышла задача оркестрации: как интегрировать данные с десятков устройств в корпоративный контур и обеспечить их автономную работу без участия целой армии пилотов.
В условиях глобальной цифровизации бизнес-процессы претерпевают серьезные изменения, где ключевым фактором успеха становится скорость и качество взаимодействия с клиентами. Эффективная настройка связи позволяет компаниям сохранять мобильность и масштабироваться без привязки к конкретной локации.
В современных реалиях информационная безопасность перестала быть исключительной прерогативой крупных корпораций с неограниченными бюджетами. Каждый предприниматель, запускающий даже небольшой интернет-магазин или сервис по подписке, сталкивается с необходимостью защиты конфиденциальных сведений. Утечка личных данных клиентов или взлом административной панели сайта могут нанести непоправимый репутационный ущерб, восстановить который будет крайне сложно.
Рынок digital-маркетинга за последние годы сильно усложнился. Если раньше можно было настроить один канал и получать заявки, то сегодня конкуренция требует комплексного подхода.
новости
